Стрельба в Среднеколымске как политическое действие

В якутском городе Среднеколымске были расстреляны мусора. Согласно сообщениям СМИ, местный житель выпилил одного росгвардейца с концами, еще одного ранил. Сам стрелок покончил жизнь самоубийством после этого вполне успешного столкновения с силами режимами.

Государственные медиа отрицают в настоящее время политическую подоплеку перестрелки и говорят о бытовой ссоре, приведшей к приезду мусорского патруля. А патрульные в свою очередь отведали свинца из карабина. Политики и идей, утверждают они, нет никаких здесь и в помине. Но так ли это? Давайте посмотрим на вопрос шире. Разобраться, что есть политическое, когда речь идет о насилии государства и противодействии этому насилию, поможет нам достойный исторический пример: революционная борьба в Гуляйполе в середине 1900-х годов.  

В своей автобиографии «Мятежная юность», посвященной периоду, предшествовавшему революции 1917 года, Нестор Махно рассказывает один интересный эпизод. К молодому Нестору Ивановичу однажды обратился эсер Михей Маковский. Просьба Маковского наверняка выглядит для совершенно ужасно для большинства наших современников, но осенью 1907 года, когда эти события происходили, она казалась вполне обыденной в революционной среде. Итак, эсер просил будущего командира анархической армии одолжить ему свой револьвер. «Он попросил меня одолжить ему на несколько дней мой револьвер под предлогом свершения покушения на жандармского пристава: поскольку однажды ночью, во время проверки документов, жандармы грубо обошлись с ним», – вспоминает анархист. Махно конечно же с радостью достал из кармана оружие и отдал его Маковскому. В книге он поясняет это свое решение, как нечто само собой разумеющееся: «Довольный тем, что этот человек хотел отомстить за свое оскорбленное достоинство, я дал ему свой револьвер». К своему стыду эсер Маковский вовсе не собирался стрелять в жандармских приставов, а использовал полученное от Махно оружие для того, чтобы расквитаться по каким-то личным мотивам со своей невестой. Ни раненая невеста, ни эсер, который пытался покончить с собой после игры в венецианского мавра, не умерли. А вот Нестора Ивановича эта история едва не привела на виселицу, жандармы схватили его, когда он перевязывал пострадавших в этой нелепой любовной сцене. Махно естественно счел поступок соратника по революционному движению полнейшим днищем, и мы в этом с ним полностью согласны. Согласны мы и с другим выводом великого анархиста: оскорбленное вооруженными лакеями государства человеческое достоинство требует отмщения самыми радикальными методами.

А теперь поднимите руку те, кого никогда не унижали, не избивали мусора. У автора этого поста в школьные годы были друзья и знакомые, которые не имели никакого отношения к политическим движухам, и которые даже к субкультурам толком не принадлежали. Но и их останавливали, проверяли документы, шмонали, сажали в обезьянник. За слишком длинные волосы, или наоборот, за слишком короткие, за широкие штаны или короткую юбку, за то, что якобы бухой или накуренная. А про участников политических движений я и не говорю, тут наверное у каждого минимум десяток историй наберется. Что в таких случаях рекомендовал Нестор Иванович Махно? То-то же.  Наверняка с мусорским насилием сталкивался и стрелок из Среднеколымска. И то, что он переполняющию жителей нашей страны ненависть к ментам выразил поступком, это вполне политический мотив. Отомстить за поруганное государством человеческое достоинство путем стрельбы по росгвардейцам – это совершенно политический метод, о котором у нас к сожалению подзабыли. Конечно государственные СМИ ненависть к ментам, выраженную стрельбой из карабина, объясняют бытовухой. Но на то они и государственные СМИ, лгать – это их профессия.

Есть еще один вывод, уже чисто практический. Мысль вслух, так сказать. Стрелок из Среднеколымска с охотничьим карабином одного росгвардейца убил, а другого ранил. Это при том, что менты вооружены и подготовлены Но сопротивления они явно не ожидали. Они нас за лохов держат, но когда ожидания не оправдываются, то у них явно возникают затруднения. И при этом нас, простых людей, намного больше, чем ментов. 


About the Author

Related Posts

Leave a Reply

*