Анархия в эпоху роботов. Достижение нового общества

4. Достижение нового общества

Как достичь такого общества? Сегодня можно обозначить три основных направления. Первое – развитие технологий децентрализации, помогающих обществу и отдельным индивидам выходить из под контроля государства и корпораций. Второе – развитие структур гражданского общества и самоуправления, организовавшись в рамках которых граждане могли бы самостоятельно организовывать жизнь свою и общества в обход структур государств и корпораций. Формы и методы таких структур могут значительно отличаться друг от друга, в зависимости от условий и особенностей каждого отдельного региона или страны. Третье – создание и развитие сильного социально-революционного движения, осознающего своей целью создание такого общества, действующего в соответствии с чётко понимаемой стратегией. Задачи такого движения – пропаганда идей прямой демократии и социальной революции, организация сторонников таких идей в силу, способную оказывать влияние на происходящие в обществе события, создание собственных инициатив и проектов, а также содействие развитию гражданского общества. 

4.1 Революционный субъект

Теории, стремящиеся к изменению мира, постоянно пытаются найти некий «революционный субъект» – ту группу населения, которая наиболее заинтересована в революции, и которая должна осуществить эту революцию. Именно в этой среде, как полагается, революционеры и должны работать, чтобы организовать её в революционную силу.

В 19 и начале 20 века в качестве такого «революционного субъекта» воспринимался рабочий класс. Анархисты и марксисты организовывали рабочих в борьбе за свои права. Социально-революционные движения прошлого стремились уничтожить путем революции старый порядок и построить на его месте новое общество. Однако, чем лучше становилось положение рабочих, чем больших уступок со стороны капиталистов и государства они добивались, тем менее радикальными и заинтересованными в революции они были. В 20 веке среди левых начались разговоры о том, что «пролетариат подкупили», и начались новые поиски «революционного субъекта». Его видели в тех группах, которые были наиболее бесправны — женщины, афроамериканцы, ЛГБТ, национальные меньшинства и тд. Но каждый раз ситуация повторялась — завоевав права, «революционный субъект» встраивался в капиталистическое общество, и его требования становились частью официальной повестки. 

Очевидно, что «революционный субъект» – это не какая-то определенная, чётко обозначенная группа. «Революционным субъектом» может быть любая группа, дискриминируемая и бесправная на данный момент, недовольная этим, и потому более восприимчивая к радикальным идеям. Однако, добившись своего, она растеряет весь свой революционный потенциал. Потому главный вопрос стоит не в том, с какой группой населения должны работать революционеры. В зависимости от ситуации и условий, это могут быть мигранты, рабочие, женщины, ЛГБТ, национальные меньшинства и тд. Вопрос в том, в какой форме это делать, какие требования ставить и какие методы использовать.

Если мы провозглашаем своей целью борьбу за права, проведение каких-то реформ, то такая деятельность является скорее вредной, поскольку она направлена не на радикализацию субъекта, не на свержение современной системы, но на на её укрепление и улучшение. Именно с этих позиций мы и критикуем либеральный феминизм и политику идентичностей — они ставят своей целью, как правило, лишь включение каких-то групп в число «привилегированных» слоёв населения. Но уменьшение эксплуатации одних групп капитализм всегда возмещает усилением эксплуатации других групп. Как было, например, после выноса производства из Европы в страны третьего мира, где люди вынуждены зачастую трудиться в рабских условиях. Тот, кто желает просто улучшить положение какой-то группы в обществе, основанном на несправедливости и неравном распределении благ, не является ни революционером, ни борцом за справедливое и равное общество.

Работая с людьми, мы должны ставить целью не достижение каких-то прав и реформ, но создание низовой организации, способной противостоять организованной силе государства и капитала и организовать общество на новых началах. Это то, что соответствует, например, позиции анархо-синдикалистов в рабочем движении. В отличии от тред-юнионистов, которые ставили своей целью борьбу за повышение зарплаты и рабочие права, революционные анархисты видели рабочую борьбу лишь методом для организации рабочих, среди которых вели агитацию не за реформы, но за социальную революцию. Исторически мы видим, что рабочий класс лишь тогда был действительно революционен близок к воплощению анархистского идеала, когда он организовывался с целью революции, а не реформы. Абсолютно тоже самое можно сказать о любых группах. Вопрос не в том, с какими группами работать. Вопрос в том, как это делать. Любые наши действия должны иметь целью развитие анархистского движение, распространение анархистских взглядов, и создание низовых общественных структур, самостоятельных и независимых от государства в решении общественных проблем. При этом, создавая низовые общественные структуры, мы не должны забывать о конечной цели – социальной революции, обобществлении средств производства, ресурсов и власти. Нашей непосредственной задачей также является распространение словом и собственным примером воли, решительности, бескомпромисности, революционной этики среди угнетенных слоев населения. 

4.2 Антиреформизм

Мы критикуем реформистский подход по нескольким причинам. Во-первых, он имеет своей целью лишь улучшение системы, а не её уничтожение. Мы знаем, что несправедливость и насилие в рамках капитализма и государства не искоренить. Они могут включить отдельные группы в систему потребления благ, но это всегда будет строиться на насилии против большинства. Во-вторых, мы знаем, что государство идёт на уступки лишь под напором организованной силы общества, и как только общественность успокоится, эти уступки будут отменены или компенсированы наступлением в другой области. В третьих, полагаясь на решение вопроса через государство, люди полагаются на его милость и транслируют веру в государство, в то, что оно может работать на благо граждан. Это всё то, что мы отрицаем. Такая вера противоречит как революционной перспективе, так и самостоятельному объединению граждан для решения своих проблем. Им просто не нужно это делать, если они считают, что проблемы могут быть решены государством. Лишь объясняя, что государство не заинтересовано в решении наших проблем, и что только мы сами можем решить наши проблемы, мы можем побудить людей к объединению на низовом уровне для самостоятельного решения своих проблем. Наконец, в четвертых, это просто неэффективно. У простого человека практически нет никаких рычагов, чтобы повлиять на государственный аппарат и его органы так, чтобы был принят закон или решение, выгодное простому человеку, а не государству. Лишь объединившись в организованную силу, простые люди сумеют принудить государство к уступкам. Но пока в людях жива вера в государство, они не смогут объединиться для самостоятельного решения своих проблем, вместо этого они будут обращаться к государству.

Куда более вероятным представляется, что простой лишенный власти человек сможет скооперироваться с несколькими такими же лишенными власти людьми, имеющими те же проблемы, для самостоятельного их решения, нежели что он сумеет надавить на государство и принудить его выполнить какую-то работу.

4.3 Прямое действие

Ключевым понятием в анархистской стратегии является прямое действие. Сейчас понятие прямого действия сильно искажено и используется в любой ситуации. Прямое действие становится синонимом несанкционированной акции, насилия или даже просто расклейки стикеров. Таким образом, оно лишается какого-либо наполнения. Мы под прямым действием подразумеваем его изначальный смысл — решение гражданами своих проблем самостоятельно, в обход государства, без аппеляции к нему.

То есть, прямым действием является самостоятельная защита граждан от бандитов, самостоятельная починка дороги, принуждение работодателя к выплате заработной платы или изменению условий труда и тд. В общем, любое действие, совершаемое в обход государства, в ходе которого граждане объединяются (временно или постоянно) для решения своих проблем.

Наша задача — находить постоянные, системные проблемы, которые затрагивают большое количество граждан, и не решаются единоразово, а постоянно возникают в обществе в силу сложившихся общественных условий. Создавая постоянные структуры для борьбы с такими проблемами, и разъясняя людям, откуда берутся эти проблемы, и что решаемы они только изменением общественной системы, применяя метод прямого действия и втягивая в него всё большее количество людей, мы тем самым выполняем все три задачи, которые стоят перед анархистским движением. Мы развиваем анархистское движение, распространяем анархистские идеи и создаём долгоиграющие низовые инициативы, в ходе которых граждане объединяются для борьбы с конкретным капиталом — бандитом, работодателем, мошенником, квартирным рейдером. В дальнейшем, с развитием низовых структур, мы должны осуществлять переход этой деятельности от борьбы с конкретным капиталом к борьбе с капиталом и государством в целом.

4.4 Социальная революция

Произойти переход к новому устройству общества может только в ходе социальной революции, в ходе которой граждане уничтожат старые государственные институты, и организуют органы прямой демократии и низового самоуправления. Эти изменения не могут произойти «сверху», посредством реформ и самого государственного аппарата, поскольку государство, бюрократия и капиталисты не заинтересованы в своём упразднении, и будут защищать свою власть. Это касается и «революционной диктатуры», созданной революционерами в результате восстания. Такая диктатура будет заинтересована, в первую очередь, в собственном сохранении, в возможности проводить в жизнь политику, которая кажется правильной революционерам, а не населению. Потому неизбежно «революционная диктатура» будет стремиться подавить органы прямой демократии и создать новую государственную иерархию.

4.5 Переходный период

Однако, так как одновременное революционное выступление во всём мире невозможно, а новая экономическая система не может возникнуть на изолированной территории, можно предположить, что любые революционные преобразования сегодня так или иначе будут касаться, в первую очередь, политической сферы, создания системы прямой и электронной демократии. В экономическом плане же невозможно создание коммунистической экономики на изолированной территории. Потому, в той или иной степени, экономика революционных обществ сегодня обязана быть рыночной, и встроенной в систему глобальной экономики. В этом плане можно говорить лишь об иных формах рыночной экономики, вроде кооперативной собственности. Однако, даже в рамках прямой демократии любые формы рыночной экономики будут вести к социальному расслоению и созданию новой формы господства и государства, к сворачиванию прямой демократии. Исторически, рыночная экономика и социальное неравенство всегда вели к перерождению демократии в олигархию, власти немногих богатейших граждан.

Поэтому, такое общество должно рассматриваться как переходное, в котором также должна продолжаться борьба против имущественного расслоения и за расширение революционно-демократических преобразований на другие страны. В случае, если революция не распространится на другие страны, такое общество обречено на реставрацию государства и классического капитализма. В случае же распространения революции на иные страны и создания глобальной системы, вполне может потребоваться новая, коммунистическая революция для перехода к новой, нерыночной, модели экономики.

4.6 Революционные перспективы на постсоветском пространстве

При этом, даже такая ограниченная демократическая революция не является ближайшей перспективой для России и стран постсоветского пространства. В ближайших массовых выступлениях всё, на что могут претендовать анархисты — заявить себя радикальной силой, которая готова к конфронтации с властью и которая хочет большего, нежели просто смена лиц в кабинетах. Расширение своего влияния и популярности, привлечение радикальной молодежи, получение возможности более эффективно проводить в жизнь свою стратегию в будущем — вот всё, на что могут претендовать анархисты в ближайших выступлениях. 

Мы видим, как это происходит на примере других массовых выступлений. Например, украинский Майдан, на котором ультраправые проявили себя радикальной и решительной силой, привлёк к украинским нацистам большое количество молодежи, что позволило им полностью доминировать в радикальной политике и создать массовые и эффективные структуры и проекты.

4.7 Организация. Организационное ядро

Для того, чтобы иметь возможность эффективно выступить, анархисты должны представлять из себя организованную силу. Однако, в условиях диктатуры анархисты не имеют возможность организоваться (что само по себе сняло бы необходимость в промежуточном восстании, «майдане») ни для того, чтобы создать политическую инфраструктуру, ни для того, чтобы заниматься социальными проектами. Анархистская структура сегодня может быть только подпольной и закрытой. Любые эффективные открытые структуры будут просто уничтожаться.

Сегодня мы не должны стремиться к массовости. Открытые массовые организации не нужны не только по причине невозможности их создать в условиях диктатуры, но и по причине их неэффективности. Организация анархистов сегодня — это не подобие партии, которой главное набрать как можно большее количество участников для галочки. Организация анархистов сегодня — это организационное ядро движения, сравнительно небольшой коллектив, с чёткой теорией и стратегией, в рамках которого каждый участник занят организационными задачами. Организация создаёт долгоиграющие проекты, инфраструктуру, медиа-площадки, разрабатывает стратегию, в соответствии с которой организует и направляет движение, и распространяет в движении определенные взгляды и практики. Она задаёт вектор, к которому присоединяются автономные группы анархистов.

Организация — это не вопрос членства, а вопрос постоянного участия в проектах. Действительно эффективные организации строятся не на бюрократических формальностях, но на совместной практике.

4.8 Активистская сеть

Вокруг такого организационного ядра выстраивается активистская сеть, организация более широкого уровня — различные группы, коллективы и активисты, между которыми налажена координация, и которые способны совместно организовать свою деятельность. Участники этой сети не участвуют в проектах на постоянной основе, но находятся в постоянном контакте друг с другом, и могут присоединяться к тем или иным проектам или разовым мероприятиям. В перспективе, в ходе углубления общей практики, развития навыков участников сети и достижения консенсуса в основных идеологических вопросах, происходит слияние различных групп, образование неформальных федераций или переход участников сети в организационное ядро движения.

4.9 Кампании, вовлечение новых групп

Активистская сеть организует, в свою очередь, более широкие кампании, единые действия, к которым присоединяются уже полностью автономные группы и активисты. В перспективе, при их систематическом участии в деятельности, желательно установление постоянных контактов и вовлечение автономных групп в активистскую сеть. 

Таким образом, происходит постоянное развитие движения, как количественное, так и качественное. Развитие его инфраструктуры и проектов, создание новых устойчивых групп и появление новых организаторов. Лишь такая сложная, многоступенчатая и скоординированная система способны в длительной перспективе успешно выполнять задачи по планированию, развитию и координации движения и его проектов.

4.10 Взаимодействие между организационными центрами движения

Вполне естественно, что организационных ядер движения может быть много. Может существовать большое количество активистских коллективов, организующих и направляющих деятельность движения, с различными взглядами и стратегиями. К сожалению, зачастую эти группы обладают большими амбициями и эго, рассматривая других активных анархистов не как союзников, но как соперников и конкурентов. В этом случае деятельность групп может сводиться к борьбе друг с другом, а само позиционирование групп строиться на противопоставление другим коллективам. В отдельных случаях мы наблюдаем даже, что недобросовестные группы стремятся воспользоваться репрессиями против конкурентов и совершают поступки, которым нет никакого оправдания. Не говоря уже о том, что любая попытка критики и дискуссии воспринимается такими коллективами довольно враждебно, а их критика оппонентов носит неконструктивный характер, имея своей целью не критику идей и методов, но очернение конкурента и собственное самоутверждение.

Такая ситуация препятствует организации сильного движения. Мы видим необходимой иную форму взаимодействия между сильными группами и проектами. Вместо конкуренции между группами должны выстраиваться сотрудничество и дискуссия.

Различия во взглядах и методах не должны являться причиной для вражды. Вместо этого гораздо более рациональным является организация конструктивного диалога, дискуссии между группами, с конструктивной взаимной критикой друг друга. Критикой именно идей и методов, а не «наездами» на личности и организации. Такой диалог будет способствовать как развитию анархистской теории и стратегии, передаче удачного опыта от одних групп к другим, так и налаживанию связей между группами.

Сотрудничество между группами должно строиться не на неких формальных объединениях и создании каких-то фиктивных «фронтов», «блоков», «федераций» и тд. Но на основе совместной практики. Совместная организация кампаний, акций и других мероприятий, выстраивание совместной инфраструктуры сплачивают гораздо более надежно, чем провозглашение таких фиктивных «союзов».

Со временем, можно надеяться на объединение или создание реальных федеративных организаций из групп, выстроивших продуктивную совместную практику и сблизившихся во взглядах в ходе дискуссии.

4.11 Большое движение или автономные группы

В анархистской среде можно встретить некоторые предрассудки по поводу больших движений. Большие, более успешные движения вызывают у групп-конкурентов зависть и ненависть, а у отдельных активистов вопрос — зачем нужно большое движение?

Мы уже описали, что видим большое движение не как организацию партийного типа, но скорее как сеть тесно сотрудничающих между собой коллективов и сплачивающихся вокруг них групп активистов. Потребность в такой организации очевидна — общественная деятельность, чтобы быть успешной, требует скоординированной деятельности множества людей, берущих на себя разные обязанности и обладающих различными навыками. Ни один человек или небольшая группа людей не могут самостоятельно осуществлять всю эту деятельность и обладать всеми необходимыми навыками и знаниями. Потому только при сотрудничестве и координации между ними, при разделении обязанностей и вовлечении их в проекты друг друга, можно осуществлять деятельность в больших масштабах и лучшего качества. Изолированные или слабо-координирующиеся между собой группы же так и останутся навсегда в этом состоянии, и не смогут оказывать значительного влияния на происходящие в стране события. Потому мы говорим, что большое движение является необходимостью, а боязнь крупных движений и попытка изоляции, создания собственного движения с нуля — вредным и глупым делом. Только организовавшись и объединив усилия отдельные индивиды могут представлять силу, способную влиять на общество.

4.12 Инфраструктура движения, медиа

В основе инфраструктуры любого движения сегодня находится медиа. Медиа выполняет ряд важных функций. Во-первых, это рупор движения, через которое оно может донести свои взгляды и идеи, заявить о себе. Посредством медиа, движение выполняет одну из важнейших своих функций — агитация, распространение своих идей и привлечение новых людей. Во-вторых, это платформа для объединения. Вокруг медиа складывается определенная аудитория читателей, согласных с позицией движения. Эта аудитория является довольно важной средой для подпитки движения. В-третьих, медиа — это проект, в котором различные люди сотрудничают друг с другом и формируют определенный устойчивый коллектив, который распределяет обязанности, учится работать совместно и вырабатывает общую позицию по важным вопросам, которую и доносит до своих читателей. В-четвертых, медиа является площадкой для высказывания других групп активистов. Не имея собственной развитой площадки, они связываются с крупными площадками для размещения своих новостей или отчётов о деятельности, в результате чего происходит налаживание контактов между группами и налаживание координации между ними.

Медиа является краеугольным камнем движения. Вокруг медиа-площадок и формируются устойчивые группы активистов и сообщества, которые организуются потом в активистскую сеть. По этой причине, медиа-площадки не должны носить партийный характер. Они должны быть открытыми для других групп активистов. Крайне желательно, чтобы к редакции крупных медиа-площадок присоединялись представители различных групп и коллективов — в этом случае будет налаживаться совместная работа между группами и дискуссия на более глубоком уровне, и будет происходить сплочение движения вокруг общих площадок. Это необходимо и самим группам для развития их теоретического уровня и медийных навыков. Сами площадки же будут представлять точки зрения различных групп.

4.13 Организация групп

В каждой группе всегда существуют более инициативные товарищи, выступающие в роли организаторов коллектива и его деятельности, и менее инициативные, удовлетворяющиеся участием в акциях. Большая проблема многих анархистских коллективов в том, что они так и не научились работать с этим. Организаторы могут ожидать равной отдачи и заинтересованности от остальных, и сильно разочаровываются, когда этого не происходит. В дальнейшем, такие коллективы распадаются, как только организатор будет арестован органами или разочаруется в деятельности. Такая организация анархистского движения, завязанная на отдельных лидерах, также серьезно ограничивает возможности анархистской деятельности, так как возможности каждого коллектива ограничены организаторскими возможностями одного-двух человек.

Первичная задача организатора на этом этапе — не заниматься организацией анархистских проектов или иной деятельности. Но создать сильный коллектив, с большим количеством организаторов, который будет способен более эффективно выполнять больший объём работы, чем группы с одним организатором. 

Для этого необходимо постепенное вовлечение остальных участников групп в организаторскую деятельность. Поручение участникам коллективов небольших поручений, чтобы выявить наиболее инициативных и заинтересованных из них. В дальнейшем, поручение зарекомендовавших себя положительно более сложных задач, каких-то частей организационного процесса. И, наконец, самостоятельную организацию каких-то акций и мероприятий. После чего эти новые организаторы могут по той же схеме работать с новыми участниками группы, развивая в них организаторские навыки. «Старые» организаторы же могут заняться координированием новых организаторов и созданием конкретных проектов деятельности. Главное — найти такой тип деятельности, который был бы достаточно простым для людей без специальных навыков, в ходе участия в котором участники групп развивали бы свои организаторские способности.

4.14 Демократия участия, права и обязанности

Другой распространенной проблемой анархистов является безответственность участников коллективов. Зачастую, люди высказывают какие-то идеи без готовности самим участвовать в процессе воплощения идеи в жизнь. Такие люди могут предлагать провести какое-то мероприятие или кампанию, заняться каким-то проектом, но ожидают при этом, что это будут делать другие люди. Когда таких людей, которые воплощали бы в жизнь их задумки, не находится, они обижаются и разочаровываются. Такое же потребительское отношение зачастую у бездействующих анархистов к анархистским коллективам, к которым они не имеют никакого отношения. Люди могут возмущаться, почему эти коллективы занимаются тем, чем считают сами нужным, а не тем, чем считают нужным эти бездействующие «активисты». Или могут и вовсе претендовать на принятие решений в чужой деятельности только потому, что тоже причисляют себя к анархистам.

Такое отношение к правам и обязанностям внутри движения недопустимо и должно порицаться. В каждом конкретном случае право голоса имеют только непосредственные участники и организаторы, люди, которые сами занимаются мероприятием или проектом. Если у человека есть идея, или он хочет влиять на какой-то проект, то он должен самостоятельно заняться воплощением идеи в жизнь или присоединиться к проекту, на который он желает оказывать влияние. Аналогично и внутри коллективов и проектов: право голоса по конкретным акциям и направлениям деятельности имеют только их участники.

Исключением может быть только медиа, презентующее позицию движения широкой публике. Возможность влиять на медиа-площадку в той или иной степени должны иметь, помимо редакции, все группы, чьи участники занимаются данным конкретным медиа.

4.15 Акционизм

Сегодня деятельностью, подходящей для выработки у участников движения организаторских навыков мы рассматриваем акционизм — наиболее простую и эффектную деятельность, заняться которой может каждый. Расклейка листовок и плакатов, граффити и трафареты, вывешивания баннеров или даже уличные несанкционированные мероприятия — это то, что может сделать, при небольшой подготовке, каждый. Поэтому такая деятельность, будучи легко воспроизводимой, является хорошим стартом для начинающих групп и хорошей «школой организаторов» для анархистов.

Например, организатор группы может провести с другими участниками агитационный рейд по расклейке анархистской агитации. Затем, можно поручить какую-то часть организационного процесса (изготовление агитматериалов, самостоятельное проведение рейда и тд) другим участникам группы. После чего можно усложнить задачу, и, например, изготовить и вывесить анархистский баннер. В ходе последующих повторений всё большую часть процесса по изготовлению баннера и его вывешиванию поручать другим участникам группы. Чтобы, в конце концов, участники группы провели акцию самостоятельно, без прямого участия организатора. В дальнейшем повторить на более сложном типе акций. И тд. Так, усложняя деятельность и увеличивая долю задач, выполняемых другими участниками, организатор инициирует в них развитие организаторских способностей. В идеале, участники группы должны начать самостоятельно проявлять инициативу и организовывать акции без участия изначального организатора. В этом случае можно говорить, что акционизм достиг своих целей.

Другая задача акционизма — привлечение внимания к определенным проблемам или движению анархистов. Самые яркие акции попадают в СМИ и расходятся в медиа-среде, в результате чего о движении узнаёт большое количество людей, и наиболее пассионарные из них могут присоединиться к анархистам. Кроме того, это сигнал другим группам анархистов о том, что они не одни, движение существует и продолжает действовать. И акционизм показывает этим группам метод, которым можно начать действовать, через который можно войти в движение и наладить связь с другими группами.

Главное — понимать задачи акционизма и не замыкаться в этой деятельности, воспринимая её в качестве реальной борьбы. В этом случае у активистов, чаще всего, случается разочарование, когда они видят, что акционизм сам по себе мало на что влияет. Поэтому нужно объяснять с самого начала задачи и цели акционизма.

4.16 Радикальные действия

Пройдя через акционистскую школу, многие группы могут испытывать желание радикализовать проводимые акции, сделать их менее символичными и более радикальными, а то и насильственными. Громкие эпатажные акции, закидывание административных зданий дымовыми шашками, или даже погромы или поджоги.

Такие действия, как правило, имеют гораздо больший отклик в медиа-пространстве, привлекают радикальную молодежь, и радикализируют само движение и его методы, снимают психологический барьер и боязнь власти в головах активистах, а также даёт дополнительный опыт действий в экстремальных условиях. С другой стороны, такие акции вызывают более ожесточенную реакцию государства, и зачастую заканчиваются разгромом групп и арестами их участников.

Каждая группа должна решить для себя самостоятельно вопрос оправданности таких методов. Нужно лишь напомнить, что любые наши действия должны служить стратегической цели создания сильного движения, и оценивать те или иные методы нужно исходя из того, какие результаты они могут дать. 

При проведении радикальных акций важно соблюдать определенные меры предосторожности, которые помогут избежать задержания акционистов и разгрома их группы. Подробнее ознакомиться с этими рекомендациями можно здесь: https://naroborona.info/2019/04/21/oshibki-sovershaemye-pri-radikalnyh-aktsiyah/

4.17 Политическое насилие

Основой политики является насилие. Именно возможность подавить своего оппонента является основой политического доминирования. Касается это как «большой политики», где власть государства и «законности» обеспечивается его возможностью подавить своих оппонентов и принудить их к подчинению, так и более маргинальной «уличной политики». Речь здесь идёт как о борьбе между движениями, так и о протестной деятельности.

В конце концов, любой протест может претендовать на успех, только если он готов прибегнуть к насилию. Идёт ли речь о революции, восстании, бунте, где люди противостоят государственному насилию собственным насилием, и стремятся исправить несправедливость насильственным путём. Или же если мы говорим о локальных социальных движениях. В борьбе против точечной застройки, вырубки парка, борьбы с рейдерами, везде мы видим, что исход зависит от возможности успешного применения насилия (снос забора и стройки, противостояние насилию бандитов или чоповцев, физическое подавление работников стройки и тд). Без готовности противостоять насилию полиции, криминалитета или наемных структур, без готовности принудить физически негодяев к приостановлению своей деятельности, не может быть никакого разговора об успехе. В России и мире мы видим, что протест везде связан с насилием — идёт ли речь о движении Жёлтых Жилетов во Франции или о борьбе против строительства мусорного полигона или вырубки парка в России.

Но одной готовности к насилию мало. Самым эффективным насилием является насилие организованное. В локальных конфликтах его успешно может применять небольшая сплоченная группа. В более широких масштабах, необходимых для политического доминирования, слома старого общества, противостояния властям, необходимо уже массовое организованное насилие, способное противостоять организованному насилию властных структур. Применить такое насилие может только организованное движение. Поэтому вопрос революции, во многом — это вопрос создания организованного движения анархистов и организованного движения низовых гражданских инициатив. 

Одной из задач же локальных групп является развитие собственной способности к применению локального организованного насилия. То есть наращивание количества и физическая и психологическая подготовка участников группы. Это включает в себя как спортивные занятия, так и снятие психологического барьера на применение насилия (в том числе, с использованием оружия). Важным в этом вопросе является приобретение практического опыта, который может быть получен в противостоянии с бандитами, рейдерами или политическими оппонентами.

Хотя насилие является основным вопросом политики, мы не считаем корректным использование насилия против всех политических противников анархизма. Мы должны стремиться к налаживанию диалога и дискуссии с теми противниками, которые готовы к нему. Однако, если движение не может повлиять на другие движения (насилием, медийно, или иными методами) в случае конфликта, если движение беззащитно — то с ним никто не станет считаться, и никто не станет выстраивать уважительный диалог со слабым оппонентом, которого можно проигнорировать. Это включает в себя вопрос не только насилия, но и ресурсов движения, в том числе медийных.

В конце концов, насилие может быть и должно использоваться против тех оппонентов, которые пытаются активно бороться с анархистским движением не методом критики и дискуссии, но методом же насилия, или срыва мероприятий, попытками изоляции движения, и тд. В первую очередь речь идёт об ультраправых движениях, которые охотно применяют насилие против оппонентов, и готовы отказаться от него только под угрозой ответного насилия. Везде ультраправые пытаются достичь политического доминирования именно насильственным путём подавления оппонентов. А потому, насилие против ультраправых является и хорошей тренировкой для анархистов, и жизненной необходимостью, так как в противном случае ультраправые не дадут возможности развиваться движению.

Всё тоже самое относится и ко всем движениям, применяющим активные действия против анархистского движения.

4.18 Социальные проекты

Более сложной формой анархистской деятельности являются социальные проекты, такие как борьба с недобросовестными работодателями, мошенниками, квартирными рейдерами и тд. Для людей без опыта организации и коллективных действий организовать такие проекты, как правило, довольно тяжело. Потому мы рекомендуем сначала пройти этап акционизма, чтобы выработать организаторские навыки и создать сильную группу. 

Суть социальных проектов заключается в создании постоянно действующих инициатив по борьбе с конкретными пороками современного общества. Такая деятельность создаёт позитивный образ анархистам и привлекает в их ряды небезразличную пассионарную молодежь, которая искренне возмущается конкретными язвами общества, или же хочет действия. Кроме того, анархисты получают возможность работать непосредственно с людьми, попавшими в тяжелую ситуацию.

В ходе подобной деятельности анархисты доносят до обеих этих категорий методы прямого действия и низовой самоорганизации и идеи анархизма, объясняя, что их частная проблема имеет корни в современном устройстве общества. Принципиально важно, чтобы такая деятельность соответствовала основным анархистским принципам прямого действия и антиреформизма, по причинам, изложенным в соответствующих пунктах.

Для большей эффективности, желательно создавать ресурсы для таких проектов в интернете, которые могут лучше распространить информацию о деятельности группы, и служить средством обратной связи для желающих присоединиться к деятельности или обратиться за помощью.

Социальные проекты позволяют вывести движение и его образ на новый уровень, однако в условиях диктатуры публичная деятельность осложняется преследованиями и репрессиями со стороны государства. Потому крайне важным встаёт вопрос о конспирации деятельности.

4.19 Социальные конфликты

Ещё одним важным направлением деятельности должно являться участие в массовых социальных конфликтах, таких как борьба с точечной застройкой, вырубкой лесов и парков и тд. 

При этом важно понимать, чего мы хотим добиться участием в таких конфликтах. Если на месте нет организованного движения и группы, то участие в индивидуальном порядке может служить только делу получения личного опыта. Если группа недостаточно развитая и организованная, то участие в подобных конфликтах также может раньше времени привлечь внимание органов, в то время как участие в протесте такой группы не приведет ни к каким существенным результатам ни для самого протеста, ни для активистской группы.

К сожалению, зачастую анархисты удовлетворяются ролью пассивных участников или, в лучшем случае, обслуги и «мальчиков на побегушках» для лидеров протеста. Естественно, в результате такие группы ничего не достигают, в обществе ничего не меняется, и наступает разочарование и осознание бессмысленности занятия такой деятельностью.

Для этого и нужна организация, как мы её описывали выше — для возможности оказывать влияние, проводить собственную агитацию идей и методов в протестах. Изолированные активисты и небольшие группы этого не добьются. Есть смысл вливаться в такие протесты только тогда, когда есть большое организованное движение, которое действительно может и что-то предпринять на месте конфликта, и поделиться опытом с участниками протеста, и грамотно объяснить им суть своих идей. Если у вас такой сильной группы нет, то более рационально удовлетворяться поначалу проведением акций и агитрейдов в поддержку протестующих, для распространения информации о их проблеме и движении анархистов.

4.20 Репрессии

Любая протестная деятельность, в какой бы форме она не проходила и насколько «законной» не была бы, в случае своей эффективности неизбежно столкнется с репрессиями. Для многих анархистов репрессии оказываются неожиданностью и заставляют их сдаться и прекратить какую-либо деятельность. Чтобы этого не произошло, важно с самого начала говорить людям о том, что они могут столкнуться с репрессиями.

При этом нужно понимать, что методы, которыми будет действовать государство в борьбе с анархистами, далеки от «законных». Спецслужбы охотно применяют пытки в борьбе с инакомыслящими. Для некоторых людей, воспринимающих анархизм как тусовку, факт репрессий и пыток является достаточным для того, чтобы сотрудничать со следствием, сдавать всех своих товарищей или оправдывать такое поведение других людей. Однако, оправдывая такое поведение мы делаем его нормативным и сами подталкиваем участников движения к тому, чтобы поступать так в дальнейшем. Поэтому крайне важно отношение к репрессиям и сотрудничеству с полицией и спецслужбами.

Репрессии должны восприниматься как неизбежное условие занятием политической деятельностью в странах бывшего СССР, и люди должны быть готовы к этому морально. Сотрудничество со следствием должно осуждаться и порицаться, а свидетельство против других людей быть чем-то и вовсе недопустимым.

Осознание неизбежности репрессий обязывает каждого активиста ознакомиться с правилами поведения при допросах и прочих контактах с силовыми органами, а также к соблюдению правил конспирации и информационной безопасности.

4.21 Конспирация

Каждый активист должен стремиться к тому, чтобы избежать идентификации со стороны органов. Это означает, в первую очередь, правила цифровой безопасности. Аккаунты в социальных сетях и мессенджерах, которые используются в активистских целях или просто для подписки на анархистские ресурсы, не должны содержать никакой личной информации человека — фото, ФИО, город, круг знакомств и тд. Они не должны быть зарегистрированы на номер телефона или почту, связанные с активистом. Любое пользование «активистскими» аккаунтами должно проходить через TOR и/или VPN.

Аккаунты, используемые в повседневной жизни никак не должны быть связаны с политикой. 

Также конспирация означает, что формы деятельности активистов должны предполагать сохранение их анонимности. Посещение публичных мероприятий, санкционированных митингов и тд — не имеют никакого положительного результата, но ведут к идентификации активиста сотрудниками спецслужб и внесению его в списки анархистов и потенциальных экстремистов. Потому, от таких форм деятельности на сегодня нужно отказаться. 

Во время проведения любых мероприятий нужно стремиться к сохранению анонимности. Например, при проведении акций нужно обращать внимание на расположение камер видеонаблюдения. Публикуя отчёты с акций, нужно убедиться, что на фото/видео не видно лица, татуировок, никаких элементов, по которым можно опознать активиста. Не стоит проводить акции при включенных телефонах или обсуждать их по телефону или через небезопасные каналы связи («вконтакте», открытые чаты и тд). Не стоит сообщать о своей деятельности людям, не причастным к ней. Также советуем не пользоваться своим настоящим именем в активистских кругах, и вступать в контакт с людьми только после длительного общения с ними онлайн и полной уверенности в том, что они не являются провокаторами. В целом, изучение статей об информационной и активистской безопасности является важным условием анархистской деятельности.

4.22 Подготовка участников движения                                      

Основой анархического движения являлись и являются в первую очередь участники движения. Поэтому развитие участников является приоритетной задачей для всего движения. Чем больше умеют анархисты по отдельности – тем более сложные и комплексные задачи сможет реализовать движение. Поэтому для анархиста важно самому получать новые навыки и обучать известным навыкам других. 

О развитии навыков конспирации, физической подготовки и организации мы говорили в предыдущих пунктах. Помимо этого, для участников движения важным является вопрос изучения и развития анархистской теории. Если активист имеет крайне смутные представления об окружающем мире, принципах работы экономики, и утопичные и инфантильные представления об анархическом обществе и средствах его достижения, то рано или поздно он будет разочарован в анархизме, обнаружив что его представления о мире не соответствуют действительности. Поэтому крайне важно для каждого участника движения получать теоретическое развитие. Как в плане общей анархистской теории, так и экономики, истории, анализа социальных процессов и тд. Кроме того, обладая весьма смутными познаниями в теории, активист не сможет вести грамотную агитацию своих идей.

Теоретическое развитие неразрывно связано с постоянной дискуссией внутри движения. Очень желательным является, чтобы от каждой группы были задействованы люди в анархистских медиа, написании статей и новостей — это также способствует теоретическому развитию, дискуссии и даёт навыки медиа-работы.

Кроме того, важным является овладение более специализированными навыками, которые могут пригодиться при создании агитационных материалов, медиа-ресурсов и тд. Один человек не может овладеть всеми этими навыками, и заниматься всей этой деятельностью. Для этого очень важным является разделение специальностей между участниками группы и различными группами.

Обладание участником каким-то специфическим навыком не должно создавать фундамент для власти этого человека в духе «мы сделаем так, потому что только я могу это сделать, и я хочу так». Решения должны приниматься коллективом, и коллектив не должен зависеть от одного участника и его навыков. Поэтому важно, чтобы участники коллектива делились умениями друг с другом, обучали друг друга навыкам, и чтобы какую-либо специальность могли выполнить несколько участников коллектива.

4.23 Эволюция и революция

Также, как к новому обществу нельзя прийти путём реформ, его невозможно достичь и «эволюционным» путём простого просвещения народа и создания «автономных пространств», «исключенных» из капиталистического общества, или распространением в обществе некой «новой культуры».


4.24 Просвещение и агитация

Не отрицая важность агитации и теоретической работы, не стоит рассчитывать, что группе энтузиастов удастся распространить свои идеи в обществе эффективнее, чем государству и корпорациям с их огромными пропагандистскими машинами, оставаясь в одном лишь медиа-поле. Также нужно заметить, что одного лишь распространения идей недостаточно для их победы. Чтобы воплотить идеи в жизнь, их сторонникам необходимо организоваться в ту силу, которая сможет победить организованную силу государства и капитала и организовать общество на новых началах. К тому же представляется крайне сомнительным, что сознание людей сможет измениться в нужную сторону на основе одних лишь лекций, статей и контркультурных мероприятий, без длительного опыта самоорганизации в коллективной борьбе.

Сознание человека, его личность и характер зависят от опыта, окружающей среды и повседневности. Если «революционная деятельность» человека будет ограничиваться посещением лекций, концертов, и «просветительских мероприятий», это нисколько не революционизирует человека, а скорее наоборот — будет создана комфортная контркультурная среда, тусовка, в которой человек может проводить время и чувствовать себя уютно. Привыкнув к подобной среде, человек, скорее всего, не станет подвергать себя риску и заниматься деятельностью, которая может представлять для него опасность. Также сомнительно, что в такой среде сформируется структура, способная эффективно организовывать уличную, радикальную деятельность. Такая среда может быть благоприятной для возникновения кадров для революционного движения, заинтересованных в чем-то большем, чем говорильне. Но сама по себе ставка на «просветительскую деятельность» для изменения мира не оправдывает себя.

Агитация и просветительская работа нужны для привлечения людей к идеям анархизма, и для повышения теоретического уровня активистов. Но это лишь одно из многих направлений работы — необходимое, но неспособное изменить мир самостоятельно без активных действий и организации анархистов и всех угнетенных в общей борьбе.

4.25 Новая культура

Всё тоже самое можно сказать о попытках создания некой «новой культуры», несущей в общество либертарные идеи. Характер человека и его культура определяются, в первую очередь, структурой общества, которая требует от него определенной экономической активности и модели поведения просто для того, чтобы он выжил. И именно требования, предъявляемые этими условиями, будут считаться в любом обществе нормальными и естественными, именно они будут формировать характер и идеи человека. Если убеждать человека в ценностях, которые просто противоречат модели поведения, необходимого для выживания, то эти ценности будут либо отвергнуты, либо усвоены лишь на уровне фразеологии и лозунгов. Мы видим, что поборники «новой культуры» зачастую способны рационализировать и оправдывать самые подлые и непоследовательные поступки ссылками на «этику».

Вместе с тем, нужно признать, что через культуру действительно можно доносить определенные идеи до людей, хотя и вовсе не в том масштабе, как это представляется поборникам «новой культуры». Мы видим, что успешные культурные проекты и деятели, имеющие большую аудиторию, могут успешно доносить до них собственную агитацию. Музыкальные группы, журналисты, видео-блогеры, признанные интеллектуалы в информационном обществе имеют вес не меньший, чем «традиционные» средства агитации. Поэтому анархистам также необходимо работать в этих направлениях для более успешной пропаганды. Но, опять таки, агитация является лишь одним из направлений деятельности. Сами по себе, без политической организации и спланированной стратегии, они не способны изменить мир. Борьба в культурном поле не может «воспитать нового человека», но может создать восприимчивую к анархистской агитации среду.

4.26 Автономные пространства

Зачастую в качестве стратегии изменения мира предлагается идея мирной «конкуренции» с капиталистическим и государственным обществом, при которой анархисты создавали бы собственные предприятия и поселения, основанные на либертарных принципах, и показывали бы людям, что можно жить иначе.

К сожалению, сторонники подхода совершенно не учитывают ни принципы работы экономики, ни исторический опыт. В истории было огромное количество подобных попыток с участием миллионов людей. Несостоятельность такой стратегии и её критика и сформировали анархизм с его идеей о необходимости низовой организации и социальной революции.

Любые попытки мирного уничтожения государства и капитализма сталкиваются с репрессивными органами — полицией, армией, бандитами и наемниками. Там, где такие попытки могут представлять угрозу для власть имущих, они подавляются вооруженной силой.

Как было сказано выше — недостаточно просто распространять идеи, необходимо организовываться и противостоять государству.

Другая проблема — глобальный характер экономики. Небольшие изолированные коммуны и кооперативы не могут существовать вне глобальной экономики, которая носит капиталистический характер. Они вынуждены либо изолироваться от мировой экономики, и оказаться на уровне первобытного общества, либо встраиваться в рыночную экономику и принимать капиталистическую логику в своём функционировании. 

Кроме того, нужно заметить, что все попытки «вытеснить» капиталистическую экономику кооперативной в итоге обернулись встраиванием кооперативов в глобальный капитализм. Многие международные корпорации являются именно кооперативами по своей структуре. Исторически все успешные кооперативы и коммуны в итоге перестроились на капиталистических началах. Сегодня экономика западных стран во многом является кооперативной, кооперативы могут контролировать целые сектора экономики. Всего во всём мире в кооперативах состоит около миллиарда человек. Однако капитализм это никаким образом не уничтожило, кооперативы в принципах работы не отличаются от остальных капиталистических предприятий.

При этом такие «автономные пространства» могут обеспечивать движение необходимой инфраструктурой — деньгами, помещениями, культурным пространством и тд. Но это лишь один из инструментов строительства движения, самостоятельным методом изменения мира он не является и без связи с политическими движениями не имеет никакого смысла.

4.27 Вооруженное подполье или политическое движение

Другой крайностью является идея подготовки к вооруженной борьбе, в ходе которой предлагается устраниться от политической публичной деятельности и заниматься военной подготовкой.

Проблема здесь в том, что анархисты составляют подавляющее меньшинство в современном обществе, и 10-50-100 человек, даже будучи прекрасно подготовленными и тренированными, не смогут оказать существенного влияния на события в случае революции. Нацисты, которых гораздо больше, также тренируются. И у них будет количественное преимущество. Не говоря уже о миллионах ментов, военных, спецслужбах и спецподразделениях, которые имеют гораздо лучшую подготовку, вооружение и большее количество.

Тренировки сами по себе полезны и необходимы для движения. Другое дело, что отказавшись от политической деятельности, анархисты отказываются и от распространения своих идей и расширения своих рядов, а значит заранее ставят себя в проигрышную позицию и абсолютное меньшинство.

About the Author

Related Posts

Leave a Reply

*